На рубеже 1941 года болгарский премьер-министр решает жгучий вопрос для небольшого царства, зажатого между великанами. Берлин хочет провести свои войска через Болгарию, чтобы добраться до Греции в рамках операции «Марита», и торопит Софию присоединиться к Трёхстороннему пакту.
Царь с осени тянет время. В ноябре 1940 года болгарский посол в Берлине дал понять, что страна присоединится «в принципе», но хотела бы отложить подписание. Царство претендует на территории, потерянные после Первой мировой войны, — греческие и югославские земли, — но не меньше русского медведя боится и британского льва.
В начале января 1941 года Филов едет в Вену, официально по состоянию здоровья, а затем добирается до Оберзальцберга, чтобы переговорить с Риббентропом и Гитлером. Он перечисляет привычные возражения: Турция, чьи 37 дивизий стянуты к границе, недостаточное вооружение Болгарии, СССР и русофильские настроения в общественном мнении, Югославия. Гитлер отметает всё, кроме советской угрозы, которую обещает нейтрализовать. Филов понимает, что поставлено на карту: подписать — значит подставить Болгарию под британский или турецкий ответный удар и связать её судьбу с Осью; отказаться или снова отложить — значит бросить вызов Германии, чьи дивизии уже собираются в соседней Румынии.
Филов продолжает тянуть время и откладывает подписание на этих январских переговорах: он сохраняет оговорки Софии и получает новую отсрочку, не порывая с Берлином. Но передышка коротка. По мере того как германские силы сосредоточиваются на юге Румынии, а давление становится непреодолимым — у Болгарии нет военных средств ему противостоять, — царство уступает. 1 марта 1941 года Филов подписывает в Вене присоединение Болгарии к Трёхстороннему пакту; в тот же день германские войска переходят Дунай. Царь позже добьётся, чтобы его солдат не посылали воевать против СССР, сохранив некоторую самостоятельность, но страна отныне привязана к Оси и служит плацдармом для вторжения в Грецию в апреле.
T06-031