Американка живёт в — городе, который война преображает на глазах. Мать маленьких детей, она выросла с убеждением, что жена хранит домашний очаг, а завод — дело мужчин. Но мужчины уходят: после Пёрл-Харбора призывные пункты не пустеют, а конвейеры крупных автомобильных заводов лишаются мужских рабочих рук.
С начала 1942 года стал сердцем «»: автопроизводители перестали выпускать гражданские машины и делают танки, авиамоторы, грузовики и боеприпасы. По мере того как мобилизация вытягивает рабочих на фронт, промышленники открывают цеха для женщин, набирают их через плакаты и объявления и обещают зарплаты, небывалые для прежних женских занятий. Предрассудки остаются сильными — сомневаются в силе женщин и в том, место ли им у конвейера, — а присмотр за детьми на время долгих смен никак не предусмотрен.
Ей предстоит решить, как ответить на это новое предложение: прийти на оформление и поступить на военный завод, несмотря на косые взгляды и заботу о детях; остаться дома, как велит обычай, и вести хозяйство; или пойти вместо этого во вспомогательные службы или на добровольческую работу, которые считаются для женщины более приличными.
Подталкиваемые нехваткой рабочих рук и патриотическим призывом, миллионы женщин переступают порог военных заводов в 1942–1945 годах; олицетворением этого становится Клепальщица Роузи (Rosie the Riveter) — героиня песни 1942 года, ставшая символом тыла. Доля женщин в экономически активном населении США вырастает примерно с 27 % почти до 37 %, и более 6 миллионов из них приходят в промышленность; в и Мичигане, которые одни дают почти 30 % военной продукции страны, они становятся незаменимыми на авиационных и оружейных конвейерах. Их труд обеспечивает исторический скачок производства. Но когда приходит победа, их отправляют домой, чтобы вернуть рабочие места демобилизованным солдатам: уже в 1945 году работницы завода «Форд» в Мичигане публично протестуют против увольнения в пользу менее опытных мужчин.
T10-098