Французский солдат оказывается среди десятков тысяч человек, эвакуированных из Дюнкерка в Англию или вывезенных в середине июня из-под Нарвика вместе с экспедиционным корпусом. Высадившись на южном побережье, они размещаются в транзитных лагерях — «Олимпия» в Лондоне, Эйнтри, Трентем. К ним добавляются моряки французских эскадр, стоящих в британских портах; часть этих кораблей вскоре будет захвачена силой в ходе операции «Катапульта». Среди находящихся здесь частей — , вернувшаяся из-под Нарвика, и закалённые альпийские стрелки.
Перемирие меняет всё. Им предлагают выбор: вернуться во Францию, где Виши организует репатриацию, или присоединиться к «генералу де Голлю» — имя, которое многие слышат впервые и за которым пока почти ничего не стоит. Для измученных людей, отрезанных от семей и тревожащихся за свою судьбу, соблазн вернуться на родину велик.
Для зарождающейся Свободной Франции ставка жизненно важна: если к нему никто не примкнёт, де Голль останется генералом без войск. Сколько людей присоединится, пока неясно, а у движения нет ни признанной легитимности, ни ясных перспектив победы.
Значительное меньшинство выбирает Свободную Францию: около 7 000 человек присоединяются к ней к 1 августа 1940 года. Ядро составляют (вернувшаяся из-под Нарвика), альпийские стрелки и моряки, сплотившиеся вокруг адмирала Мюзелье. Из примерно 30 000 французских военных в Великобритании подавляющее большинство — более 20 000 — просит отправить его во Францию, и возвращение организуется уже летом. Для де Голля это тяжёлый удар. Свободная Франция начинается, таким образом, скромно, на горстке добровольцев, пока колониальная империя (Французская Экваториальная Африка, присоединения лета и осени 1940 года) не даст ей территориальную опору и растущий вес.
T04-048