С 1934 года народный комиссар иностранных дел олицетворяет политику «коллективной безопасности»: сближение с Францией и Великобританией, вступление в Лигу Наций, поиск антифашистского союза для сдерживания нацистской Германии. Еврей, франкофил, открытый сторонник общего фронта с демократиями, Литвинов — лицо этого курса.
Однако весной 1939 года курс кажется бесплодным. Мюнхен (сентябрь 1938 года) унизил Москву: её отстранили от урегулирования чехословацкого вопроса. Переговоры с Лондоном и Парижем буксуют, а Сталин подозревает западные державы в желании направить германскую агрессию на Восток.
В ночь на 3 мая 1939 года Сталину предстоит решить вопрос, за которым стоит многое. Оставить Литвинова — значит подтвердить ставку на Запад; отправить его в отставку — значит подать сигнал, прежде всего Берлину, где ловят малейшее изменение советской позиции. За кулисами ждёт , преданный исполнитель и председатель Совета народных комиссаров.
От выбора зависит стратегическая ориентация СССР на ближайшие решающие месяцы. Решение, принятое в Москве, будет изучаться от Лондона до Берлина: оно покажет, к какому лагерю может склониться огромный Советский Союз.
Сталин заменил Литвинова Молотовым, чтобы сохранить за собой все варианты: 3 мая 1939 года Литвинов был отправлен в отставку, и его сменил Молотов. В Берлине этот шаг сразу восприняли как сигнал готовности к диалогу — устранение еврея и сторонника Запада убирало символическое препятствие для сближения. Молотов, не имевший дипломатического опыта, но беспрекословно преданный Сталину, повёл одновременно 2 параллельных переговора: с западными державами и с Германией. Отставка Литвинова пока ничего не решала, но открыла путь двойной дипломатии, которая определила лето 1939 года. Сам Литвинов был отстранён от дел, но репрессиям не подвергся, а после нападения Германии в 1941 году ненадолго вернулся в милость как посол в Вашингтоне.
T00-001