Осенью 1939 года Франция воюет уже несколько недель, но фронт застыл в ожидании — идёт «странная война». Правительство выслеживает вражеских агентов, пораженцев и пресловутую «пятую колонну». «Национальная безопасность» (Sûreté nationale) и «Общая информация» (Renseignements généraux), как и при всей Третьей республике, опираются на сеть осведомителей, которым платят из секретных фондов министерства внутренних дел.
К парикмахеру из рабочего квартала Парижа, у которого ежедневно бывают офицеры, чиновники и постоянные клиенты, подходит полицейский инспектор. Парикмахеру предлагают ежемесячное вознаграждение за сообщения о подозрительных высказываниях и о разговорах, услышанных в его заведении. Для лавочника, с трудом сводящего концы с концами, предложение соблазнительно, но, став осведомителем, он втянется в тёмное дело.
Использование оплачиваемых осведомителей — давняя и хорошо документированная практика французской полиции: ещё с конца XIX века несколько десятков платных «осведомителей», получавших деньги из секретных фондов министерства внутренних дел, снабжали сведениями политическую полицию. Во время «странной войны» эту систему возрождают против подозреваемых в пораженчестве, коммунистов (Французская коммунистическая партия, ФКП, запрещена декретом 26 сентября 1939 года) и иностранцев, заподозренных в шпионаже. Многие мелкие информаторы соглашаются — из корысти, по убеждению или опасаясь показаться подозрительными, если откажутся; другие отказываются или ограничиваются пустяками. Ни один реестр не позволяет проследить судьбу конкретного анонимного осведомителя, а «центральной картотеки Виши» в 1939 году ещё не существует: режим Виши появится лишь в июле 1940 года. Достоверно известно другое: масштабы оплачиваемого доносительства, которое было институционализировано ещё до оккупации.
T01-123