20 октября 1941 года в Нанте подполковник Карл Хотц, фельдкомендант Нанта, застрелен 2 подпольщиками-коммунистами. Немецкие власти объявляют о немедленном расстреле 50 заложников и еще 50, если виновных не выдадут до полуночи 23 октября. В списке — участники Сопротивления и политзаключенные, сидящие в тюрьмах уже месяцы.
Из Лондона генерал де Голль 23 октября передает по радио обращение: он признает мужество патриотов, но настоятельно просит их прекратить индивидуальные убийства немцев. Эти акты, говорит он, влекут репрессии, в которых гибнут французы, а враг не слабеет; час восстания придет, но по согласованному сигналу. Руководитель-коммунист получает это послание. У него есть и указания Москвы с 22 июня: немедленно вести вооруженную борьбу, чтобы ослабить давление на Красную армию.
Он может временно приостановить одиночные вооруженные акции в ответ на призыв де Голля в ожидании координации; продолжать покушения по директивам Коммунистической партии, какими бы ни были призывы голлистов; или предложить внутренний компромисс: продолжать саботаж и боевые операции, но воздерживаться от покушений на отдельных лиц, влекущих репрессии против гражданских.
Руководство ФКП сохраняет политику покушений. С октября 1941 по январь 1942 года коммунистические вооруженные группы, вскоре объединенные в «Франтиреров и партизан» (ФТП), наносят все новые удары — по железным дорогам, складам, немецким офицерам. Накануне призыва, 22 октября, были расстреляны 48 заложников: 27 в Шатобриане, среди них 17-летний , 16 в Нанте и 5 на Мон-Валерьене близ Парижа. Напряженность между голлистами и коммунистами из-за методов сопротивления длится до 1943 года. Де Голль настаивает, что гибель гражданских подрывает доверие к Сопротивлению в глазах обычных французов; ФКП отвечает, что бездействие равносильно капитуляции. В 1943 году оба течения сходятся в Национальном совете Сопротивления, но разногласие осени 1941 года показывает глубокий стратегический раскол.
T09-078