5 января 1942 года собирает генералов в , будучи непоколебимо уверен: контрнаступление, начатое в декабре, отбросило на 150–200 километров от Москвы, и этим порывом нужно воспользоваться без промедления. По его мнению, стоит на краю краха на всём Восточном фронте, от до Крыма, и время сейчас не для осторожности, а для добивания.
, только что руководивший спасением Москвы, берёт слово и оспаривает эту картину. Советские резервы скудны, дивизии измотаны, тыловые коммуникации растянуты до предела. Вместо того чтобы распылять наличные силы по 1 500 километрам фронта, лучше сосредоточить все резервы против одной лишь группы армий «Центр», которая всё ещё неустойчива и уязвима в центре немецкого расположения. Другие говорят о третьем пути: закрепить декабрьские завоевания, всю зиму восстанавливать резервы в людях и технике и начинать крупное наступление лишь тогда, когда действительно будет готова.
Сталину предстоит выбрать один из этих 3 путей: начать общее наступление сразу на всех фронтах, от до Крыма, чтобы сокрушить , пока он не опомнился; последовать совету Жукова и сосредоточить резервы против одной группы армий «Центр»; или закрепить декабрьские успехи и восстановить силы перед любым новым наступлением. На кону — сократить войну на целый сезон или растратить порыв победы под Москвой.
Сталин навязывает общее наступление. Распылённые на сотни километров, советские армии выдыхаются, не добившись решающего прорыва. Немецкий демянский котёл держится, его снабжают по воздуху. выступ, образовавшийся под , становится плацдармом для майского наступления 1942 года, которое оборачивается катастрофой; севернее 2-я ударная армия, вклинившаяся в сторону Любани на Волховском фронте, в июне 1942 года попадает в окружение и уничтожается. Драгоценные зимние резервы потрачены впустую; после войны Жуков напишет, что январь 1942 года был упущенной возможностью добить группу армий «Центр» и изменить ход войны.
T10-026